Данная статья обращается к проблеме политико-правового обоснования «гуманитарной интервенции». Право на «гуманитарную интервенцию» выводится из моральных обязательств, презюмируется как вывод из всеобще признаваемого запрета на масштабные нарушения основных прав человека, получило название «ответственность по защите» и воспринимается в международном сообществе если не как «право», то как минимум как не противоречащее праву политическое обязательство.
This article explores the problem addressing the political and legal rationale of the “humanitarian intervention”. The right to perform “humanitarian intervention” is to be derived from moral obligations, and presumed as a resume of the universally agreed prohibition of gross violations of human rights. That right was termed as a “responsibility to protect”, and confessed by the international community as a political obligation, which did not come in contradiction with the law, rather than as a “law” if nothing else.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.