Создание ЕАЭС можно рассматривать как важный тренд по восстановлению центростремительной геополитической характеристики евразийского пространства. Благодаря ЕАЭС удалось переломить опасную тенденцию, которая наметилась еще в 90-е гг. ХХ в., по «растаскиванию» постсоветского пространства заинтересованными внешними силами в лице Европейского союза, США и Китая. В случае удачи данных геополитических действий мировых акторов Россия утратила бы свое значение как центра Евразии, объединяющего европейские и азиатские евразийские государства. Именно российским геополитическим интересам в наибольшей степени соответствует идея евразийской интеграции, что создает реальные условия для позиционирования России как центральной державы Евразии. Закономерно рассмотреть идею «Россия - цивилизация» как глобальный проект, формирующий новую российскую идентичность, а значит, и новые перспективы взаимодействия как внутри формирующегося Евразийского экономического союза, так и в мировом пространстве. Это цивилизационная центростремительная тенденция и должна стать основным идейным импульсом для евразийской политической стратегии российского руководства.
The creation of the EEU can be seen as an important trend for the restoration of centripetal geopolitical characteristics of the Eurasian space. Thanks to the EEU it was reversed a dangerous trend that emerged in the 90s of the twentieth century, by “skimming off” the post-Soviet space by the interested foreign powers in the European Union, USA and China. It was a great danger that Russia would have lost its importance as the center of Eurasia, combining European and Asian Eurasian states. Just Russian geopolitical interests correspond to the idea of Eurasian integration, which creates the conditions for Russia’s positioning as a Central power in Eurasia. It is legitimate to consider the idea of a “Russia as civilization” as a global project, forming a new Russian identity, and thus new prospects of interaction within Eurasian economic Union and in world space. This centripetal tendency of the civilization should be the main ideological impetus for Eurasian policy strategy of the Russian leadership.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.